Год:
2019
Месяц:
Июль

Ордена и ранения Николая Кустова

Судьба его хранила. Во время войны Николая Кустова не остановили ни взрывы мин, ни пули снайперов. Он вышел отставку в 1958 году в звании майора внутренней службы.

Из Пензенской области сообщает Сергей Поплёвин.

Родился он 19 декабря 1924 года в деревне Вишневая Гайка Саратовской области. Когда война началась, вместе с товарищем начали ходить в аэроклуб. Хотели летать. Друга взяли в летное училище, а его – нет. Поэтому пошел в пехотное училище. А на фронт призвали в 1942 году, когда 18 лет исполнилось.

Жизнью рисковали каждый день

«Я был командиром стрелкового взвода 570-го стрелкового полка 115-й стрелковой Холмской Краснознаменной дивизии, – говорит Николай Афанасьевич. – Вспоминать об этих годах мне непросто…

Помню, мы дошли до Москвы и там остановились. Дальше идти было нельзя – позиции наши хорошо просматривались противником. Чтобы не заметили нас немцы, передвигались ползком. 

В Псковской области, где Пушкинские горы, ожесточенные бои шли. Мы на берегу реки окопались. Да что окопались – только голову можно укрыть, а все остальное видно. А с другой стороны на нас шли танки. Думаю, пропали. Сейчас раздавят. А нам передают: держитесь, идут «Катюши». А мы все равно держались бы – жить-то хочется! И как начали «Катюши» по танкам работать – все они там и остались.

В тех местах там со мной неприятность случилась: большой ком мерзлой земли в меня попал. По шее и затылку ударил. От него до сих пор в ушах звенит. И слышать плохо стал».

Из представления от 9 апреля 1944 года к ордену Красной звезды:

«31 марта 1944 года, отражая атаку пехоты и танков противника в районе д. Усть-Горушка, тов. Кустов, борясь с превосходящими силами противника, не сдал своих позиций и нанес противнику большие потери в живой силе и технике.

Сосредоточив вокруг себя автоматчиков вместе со стрелками, тов. Кустов, проявляя стойкость и мужество, показывая личный пример, организовал крепкий отпор наступавшим фашистам. Сильным автоматно-оружейным огнем сумел отсечь пехоту от танков, заставил залечь её, тем самым способствовал успешному отражению трехкратной атаки фашистов».

С «языком» через минное поле

«Был случай в 1943 году, – продолжает рассказ фронтовик. – Бои шли под Руссой. Полковой разведке поставили задачу – взять «языка». Нам приказали сопроводить разведчиков и встретить их. В минных полях сделали проход, по которому разведка ушла. Мы остались ждать их возвращения. А немцы не теряли времени зря. Проход, по которому разведчики прошли, они снова заминировали. А затем стали их преследовать и погнали на те самые минные поля.

Нужно было их выводить обратно. Приказ выполнили, «языка» доставили. Там я получил минно-взрывное ранение. Шинель вся была порезана в полоски шириной в два сантиметра. После этого ранения шесть месяцев на животе лежал – иначе все болело».

Из представления от 21 августа 1944 года к ордену Красной звезды:

«Командуя взводом, ворвался в населенный пункт. Удерживая занятый рубеж, Кустов отбил три контратаки противника. В момент затишья проявил инициативу, атаковал немцев и на их плечах ворвался в траншеи немецкой обороны, выбил из них противника, воодушевляя своими подвигами подчиненных взвода. Инициативой, решительностью и смекалкой, проявлением личного примера в атаке, Кустов выбил противника из населенного пункта и из траншей, дав возможность успешно идти вперед наступающей пехоте».

Вода в реке была красной

«За всю войну три раза меня ранило, – вспоминает Кустов. – Под Курском в первый раз, в Пушкинских горах – второй. Сражения в тех местах были ожесточенные. В реке вода красной становилась от крови.

Последнее ранение я получил в январе 1945 года. Шел бой на южном берегу реки Неман неподалеку от Кенигсберга. Был приказ форсировать водную преграду. Мы понимали, что можем погибнуть. Накануне все помылись, надели чистое белье, пуговицы начистили.

И вот начался бой. Мы на земле лежали, в укрытии. Когда немцы начали по нам стрелять, смотрю, вражеская пехота к нам бежит. Я своим говорю: «Встать!». Командую, чтобы шли в атаку. Боялся, как бы немцы нас не окружили.

А у фашистов тактика была: во время боя выводить из строя командиров. По нам вели прицельный огонь. Я поднялся, и в тот момент снайпер в меня выстрелил. Попал прямо в пуговицу. Ранение в грудь получилось касательным. После этого меня наградили орденом Красного Знамени».

Из представления к ордену Красного Знамени от 26 января 1945 года:

«При прорыве обороны противника по южному берегу р. Неман и р. Немонин Шром с 19 января по 23 января 1945 г. при занятии местечка Но-Хандердор своим личным примером увлекал бойцов за собой, обращая противников в бегство».

Четыре года на войне

«В Берлине я не был – туда входил спецотряд, который должен был взять город и водрузить красное знамя на Рейхстаге, – завершает рассказ ветеран. – Мы с левой стороны шли, а спецотряд – с правой. Их прикрывали на тот случай, если вдруг немцы появятся.

Войну я лейтенантом закончил. Из Польши в 1946 году прибыл домой. С орденом Красного Знамени и двумя орденами Красной Звезды. Встретили меня на вокзале с четвертью самогона. Все радовались, целовали.

Сначала пошел на завод токарем работать. Затем предложили на службу пойти. В Ашхабаде прошел обучение в трехгодичной школе МВД. И отправился служить в Магадан. Десять лет там был. Вышел в отставку в 1958 году и переехал в Пензу».

Фото автора и из личного архива Николая Афанасьевича Кустова.

Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2019, МВД России